Наши акции

Дети ждут

Экономика нашего региона, как, собственно, и во всей стране, находится на подъеме. Растут как грибы после дождя торговые центры. Открываются новые производства. Города стоят в пробках – все покупают машины.

А в детских домах до сих пор есть ребятишки. Пусть их уже немного, около трехсот. И живут они в хороших условиях. Есть им что есть и надевать. Игрушек – море. Спонсоры везут конфеты и подарки. И даже на каникулы социальных сирот отправляют на Кремлевскую елку, куда дети из обычных семей попадают нечасто. Но все это – лишь красивая обертка, внутри которой – пустота и бесконечное одиночество.

«Пензенская правда» начинает проект «Ищу тебя, мама!». Мы хотим рассказать о детях и родителях, которые уже нашли друг друга. И детях, которые по-прежнему ждут. Быть может, именно вас, читатель.

Конечно, наиболее желаемая форма попечительства для ребенка – это усыновление. Но есть и другие формы заботы, удобные для взрослых, которые по каким-либо причинам не готовы усыновлять, например, подростка, но готовы поучаствовать в его судьбе.

Мы расскажем вам о формах семейного устройства, о конкретных примерах удачного (неудачного) воспитания приемных детей. Ведь 2008-й объявлен в России Годом семьи. А в Пензенской области еще и Годом ребенка.

Если не сейчас детские дома должны закрыться, то когда же?

Если вы готовы взять ребенка в свою семью, обратитесь в Министерство образования и науки. Или позвоните по телефону 565-850. Адрес для личной беседы: г. Пенза, улица Володарского, 7.

Мама к дню рождения

Две недели назад в рамках акции «Ищу тебя, мама» мы написали о брате и сестре Сергее (на снимке – в желтой маечке) и Ангелине из Пензенского дома ребенка. Газета вышла аккурат накануне дня рождения мальчика – ему исполнялось два года.

У малышей из Дома ребенка, как правило, не бывает персональных праздников. Двенадцать раз в году отмечают общие дни рождения – сентябрьских, октябрьских и так далее. Один торт на всех, общие фрукты и сладости. Но главное, с грустью констатировали мы, у Сережи на празднике не будет мамы и папы.
Однако, представьте себе, судьба приготовила ребенку необыкновенный подарок.
«Пензенскую правду» прочитали одни очень хорошие люди. И завтра малыши навсегда покидают казенные стены и отправляются в свой новый родной дом.
– Акция «Ищу тебя, мама» имела большой резонанс, – рассказывает специалист по социальной работе Пензенского дома ребенка Лариса Пережогина. – Нам звонили, приходили с газетой в руках, показывали напечатанные фотографии наших деток и спрашивали, что нужно сделать, чтобы взять их в семью? Только одного участника акции жители Пензы и области обошли вниманием – Сашу, у которого был порок сердца и которому в мае сделали по этому поводу операцию. Жаль, это наш всеобщий любимец. Надеемся все же, что и для Саши найдутся приемные родители. 
«Пензенская правда» от всей души поздравляет Сережу и Ангелину с тем, что они теперь не одиноки.

Александр Гуляков, председатель Законодательного собрания:
– Законодательное собрание Пензен­ской области совместно с региональным правительством проводит политику в защиту детства и материнства. Принят ряд законов, увеличивающих мате риальную обеспеченность семей и детей-сирот, их социальную защищенность. Особое внимание в последнее время уделяется устройству детей-сирот в приемные семьи. Но достичь результатов без помощи СМИ, которые призваны пропагандировать, разъяснять суть и механизм этого процесса, невозможно.
Главным помощником в этом деле для нас является «Пензенская правда». Особо действенной в силу своей эмоциональности и яркости стала акция газеты «Ищу тебя, мама». Она талантливо представлена журналистами в двух аспектах: рассказами о детях, которые обрели семью, и о тех, кто нуждается в семье, ждет и надеется на судьбоносную встречу.
Любой самый гуманный закон обретает наиболее полное воплощение при такой  поддержке СМИ.

Александр Черницов, председатель правительства Пензенской области:
– В Пензенской области один из самых высоких показателей по России по усыновлению и опеке детей, оставшихся без родителей: 85% уходят в приемные семьи, в то время как в среднем по стране эта цифра не превышает 58%.
На сегодняшний день в пензенских детских домах остаются 220 воспитанников. Ни для кого не секрет, что из детдомов и интернатов выходят не подготовленные к жизни воспитанники. Только семья может дать ребенку необходимые для самостоятельной жизни умения и навыки. Поэтому мы делаем все, чтобы количество приемных семей стремительно росло.
Замечательно, что среди СМИ Пензенской области нашлись газеты, которые включились в этот процесс и оказали помощь в поиске новых родителей детям, попавшим в трудные жизненные ситуации.
Я благодарен АНО «ИД «Пензенская правда» за проект «Ищу тебя, мама». Надеюсь, что это только начало и данная тема не исчезнет с полос газеты до тех пор, пока на пензенской земле останется хоть один брошенный ребенок.

Инна Сивохина, исполнительный директор Союза женщин Пензенской области «София»:
– «София» на протяжении двух лет активно сотрудничает с газетой «Пензенская правда» – этим уважаемым в области печатным изданием. Мы уже можем сделать выводы о позиции газеты:  для ее журналистов и  руководства есть святые темы – это дети.
Могу сказать и о резонансе, который вызвала последняя акция «Пензенской правды» «Ищу тебя, мама». Люди  говорят, обсуждают… Но самое главное – они приходят в детские дома. Многие уже выбрали «своего» ребенка. Скажу вам больше: одна из членов Союза женщин Пензенской области «София»  благодаря «Пензенской правде» усыновила малыша. И со 2 октября уважаемая в области женщина, руководитель, уходит в декретный отпуск.
Нас радует, что  все больше появляется людей, для которых сирота – это не пропуск к  бюджетным деньгам и льготам, а  возможность отдать частичку себя.

Евдокия Кузина, мама одного из первых семейных домов в Пензенской области:
– С первых дней создания нашей семьи (а было это 18 лет назад) рядом с нами были журналисты газеты «Пензенская правда». Мы их зовем на свои юбилеи, дни рождения, как родных.
Воспитание приемных детей (а у нас с мужем их семеро) – дело непростое. И понимание, поддержка со стороны людей, особенно таких авторитетных, как журналисты, очень нужны.
А если говорить в целом о позиции газеты, то она нас радует: как много на ее страницах добрых, искренних материалов о семье и детстве!  А уж про акцию «Найди меня, мама» и говорить нечего! Мы с мужем плачем над фотографией каждого ребенка, ждущего свою маму. Если бы не возраст и не ответственность за своих детей, которых еще надо довести до ума, мы бы взяли еще человек семь.

19 сентября 2008

Казенное детство

Либо семья станет приоритетным направлением развития нашего общества, либо Россия исчезнет с политической карты мира

Сегодня в нашей стране живут 26 млн. ребятишек. Еще пять лет назад – 31 млн. Представляете, какими темпами дряхлеет и убывает российская нация!
По подсчетам демографов, к 2025 году в России станет  либо 29 млн. несовершеннолетних благоприятный прогноз, на который работала администрация президента Путина, вводя в том числе материнский капитал), либо останется 22 миллиона (прогноз неблагоприятный).
Эти данные озвучила эксперт комитета по делам женщин, семьи и детей Госдумы РФ Галина Семья на всероссийском семинаре специалистов по опеке, который проходил в Пензе параллельно со всероссийской творческой ассамблеей замещающих семей.

Дивиденды

В условиях, когда нация сжимается, словно шагреневая кожа, пренебрегать теми, кто уже пришел в этот мир, – просто преступление.
Как свидетельствует многолетняя статистика, почти 3 процента несовершеннолетних граждан страны так или иначе попадают в детские дома.
Как правило, полноценными членами общества они не становятся. Из приютов и интернатов выходят молодые люди, не приспособленные к жизни, чей удел – алкоголизм, тюрьма, ранняя смерть или прозябание на задворках общества.
В 2006 году, практически тогда же, когда было заявлено о приоритетных национальных проектах, государство поставило задачу: перейти от системы воспитания детей в казенных учреждениях к воспитанию в замещающих семьях, ибо только так можно спасти социальных сирот от депрессии и диночества. Этот процесс называется сложным термином «деинституциализация».
Еще несколько лет назад в Пензенской области было 9 детских домов (речь идет о тех, что находятся в ведении областного  министерства образования), сейчас – только четыре. Помимо моральных деинституциализация приносит и вполне ощутимые материальные дивиденды. Так, на содержание одного ребенка в детском доме из бюджета Пензенской области ежегодно тратится 237 тысяч рублей (львиная доля средств идет на обслуживание зданий и помещений). Содержание в приемной семье обходится бюджету в 109 тысяч рублей, в опекунской – в 52 тысячи.

Лес рубят…

А теперь, как говорится, об «издержках производства».
Не секрет, для некоторых приемных родителей дети служат лишь средством для обогащения. Под будущие выплаты берутся кредиты в банках, покупаются недвижимость и бытовая техника. Иногда алчность приемных родителей угрожает здоровью и жизни детей.

Саше было несколько месяцев от роду, когда пьяный отец, раздраженный младенческим криком, выбросил ее в окно четвертого этажа. Травма шейных позвонков навсегда приковала ребенка к инвалидному креслу.
Несмотря на это, Сашу взяли в семью. Как потом выяснилось – ради опекунского пособия. Новая «мамаша» плохо кормила девочку, не обращала на нее никакого внимания, бедняжка целыми днями лежала на кровати в одиночестве. В 8 лет она  весила 8 килограммов!
Когда же в дом с проверкой приходил социальный работник, «мамаша» надевала на девочку чистый халат. Саша была так искренне рада проявленному к ней вниманию, что и не помышляла о жалобах. К счастью, в какой-то момент социальный работник прозрел, что происходит трагедия. Девочку изъяли из семьи и отправили в Пензенскую область, в Нижнеломовский специализированный детский дом, где она находится и теперь.

Галина Семья привела такие данные. За 5 последних лет 116 детям, помещенным в семьи соотечественников, был причинен тяжкий вред здоровью. Двенадцать детей погибли. Ровно столько же, сколько и российских сирот, усыновленных иностранцами. Правда, за последние 15 лет.
Но о заграничных извергах, особенно американцах, говорят и пишут много. А вот о российских приемных родителях-детоубийцах – почти никогда.

Заберите его обратно

Еще одна проблема – возврат ребятишек из приемных семей в детские дома. В Пензенской области процент возврата детей один из самых низких в стране, тогда как в среднем по России в 2007 году он достигал 5 процентов.

Сережу уже брали в семью, потом вернули в детский дом. Он очень переживал, а потом сюжет о нем показали в программе «Пока все дома» на Первом канале. Телефон районной администрации разрывался от междугородних звонков. Когда о своем желании усыновить сироту  высказался весьма богатый и уважаемый человек, депутат городской Думы одного из крупнейших мегаполисов России, предпочтение было безоговорочно отдано ему. Педагоги, искренне радуясь за ребенка, оформили бумаги с космической скоростью. А через некоторое время мальчик попал в больницу с тяжелейшим нерв­ным срывом… В прошлом году этот случай был единственным возвратом ребенка из семьи усыновителей, но из-за этого он не стал менее болезненным. Подросток долго, если можно так выразиться, собирал свою разбитую душу по кусочкам. Как правило, в большинстве подобных случаев специалисты по опеке почти сразу же находят детям новых родителей, что смягчает моральную травму. Но помочь Сереже пока не смогли.

Сегодня уже очевидно: необходимо не только искать для «государственных» деток приемных родителей, но и после того, как «все состоялось», оказывать психологическое сопровождение замещающих семей.

Малыши – на вес золота

В нашем регионе психологи уже провели первые встречи с более чем ста родительскими парами. И вообще в Пензе накоплен хороший опыт работы.
– Недаром мы начали серию выездных общероссийских семинаров-тренингов для специалистов служб сопровождения замещающих семей именно с вашего региона, – так начала свое выступление на всероссийском семинаре Галина Семья.
И это при том, что согласно нормативам на каждые две тысячи детей, проживающих в регионе, должен приходиться один специалист по опеке и попечительству. В Пензенской области соотношение 1 на почти 20 тысяч детей. Впрочем, подобная диспропорция для России не новость.
Еще одна характерная примета времени – в большинстве детских домов страны сегодня остались лишь инвалиды и дети-подростки. Некоторые из них прошли в биологических семьях через сексуальное и физическое насилие, что привело к значительным деформациям в поведении. Они, как никто другой, нуждаются в заботе и любви приемных родителей, которые совместно с психологами могут вылечить нанесенные ребенку душевные травмы. Но для этого, как ни крути, нужны значительные средства – на консультации у специалистов, на то, чтобы на первых порах бросить работу и все свое время посвящать ребенку.
Участники семинара приняли решение обратиться в правительство РФ с просьбой увеличить для таких приемных родителей суммы выплат.

Марьям ЕНГАЛЫЧЕВА, фото Владимира Гришина
19 сентября 2008

наш опыт

Галина Семья, эксперт Госдумы:
За два года каждый из регионов накопил свой опыт в решении поставленной задачи.
В Пензенской губернии за усыновление ребенка (а данная форма семейного устройства считается для несовершеннолетних предпочтительной) учреждены солидные выплаты из местного бюджета – 200 тысяч рублей.
Приемным родителям в России за воспитание одного ребенка положено выплачивать 2500 рублей ежемесячно. Можно и больше – на усмотрение регионов. В Пензенской области сумма выплат увеличена до 3800 рублей (если ребенок инвалид – до 5200). Плюс 4000 рублей ежемесячно идет на содержание ребенка.
Много это или мало?
Смотря с чем сравнивать. Например, в богатой Москве сумма выплат достигает 16 тысяч рублей. С другой стороны, многие области вообще не выходят за рамки минимума в 2,5 тысячи рублей.

А третий ребенок – в подарок!

Выйдя на пенсию, жительница Спасска обрела новый смысл жизни – двоих приемных детей

Делай сам!

Счастливый поворот

Жизнь можно изменить к лучшему, если захотеть. Это доказала Надежда Учаева из Никольского района

В личной жизни Надежды Ивановны Учаевой не получилось большого счастья. С мужем жизнь не заладилась, развелись, детей не было. Она ухаживала за своими престарелыми родителями, работала дояркой в ТНВ «Донсков и Ко» и как будто смирилась с тем, что счастливых поворотов в ее судьбе не предвидится.
Страшно стало, когда умерла ее мама и на попечении остался отец-инвалид. Все чаще стали посещать мысли об одиночестве, о старости…
Знакомая взяла на воспитание из детского дома мальчика, и Надежда Ивановна последовала ее примеру, хотя это решение далось непросто: сколько передумала, сколько ночей не спала. Вдруг не справится? Ведь ребенок – не игрушка, взял-отдал, и его воспитание – это очень тяжелая работа.

Прошлая жизнь

Танечка Глухова родилась в семье, где было еще четверо детей. Родители пили, отец нередко избивал мать.
– Часто нам нечего было есть, – вспоминает девочка, – варили картофельные очистки, срывали еще зеленые помидоры, солили погуще, чтоб не казались такими кислыми и противными.
Чего уж говорить об одежде. Туфельки приходилось носить на 2-3 размера меньше.
– Пальцы на ногах сожмутся до боли. После школы прибежишь, снимешь туфли, а ноги еще долго не могут отойти, весь вечер ходишь-хромаешь, – рассказывает девочка.
Особенно плохо стало детям, когда посадили за воровство старшего брата. Он хоть как-то заботился о своих сестрах, приструнивая родителей, когда те  дебоширили.
Старшая сестра тоже ушла из дома, поскорее вышла замуж, только бы не видеть ежедневного пьяного ужаса. Но и для трех других сестренок он скоро закончился, когда отец по пьяному делу убил мать. Его отправили в места не столь отдаленные.
Девочкам же предстояло оформление в детский дом. Настю, старшую из них, забрала на воспитание родная тетя из Сочи. Маша и Таня жили в Никольске, в «Мечте».

С первого взгляда

Туда и приехала Надежда Ивановна. Ей сразу приглянулась 12-летняя девочка с добрыми глазами и открытой душой. Поначалу брала Танюшу на выходные. Сердце сжималось от жалости, когда кормила ее.
– Подливала ей щей в тарелку,  а она все насытиться не могла. Я говорила, что еда не кончится, но она не верила и стремилась наесться впрок, –  вспоминает Надежда Ивановна.
После оформления документов Учаева забрала девочку насовсем. Теперь-то Таня настолько привыкла к своей приемной маме, к дедушке, что ей кажется, будто она с ними жила всегда, а все ее прошлое – просто кошмарный сон. Через год после смерти родной матери Танюша ездила с Надеждой Ивановной на поминки. Но родной дом стал для девочки настолько чужим, что она хотела быстрее оттуда уехать.

Трудности

Но надо сказать, что первые месяцы совместной жизни были нелегкими как для Тани, так и для Надежды Ивановны.
– Девочка ничего не умела делать. Пол кое-как вымоет, пыль нигде не протрет, а порог около двери даже тряпкой не заденет. Спрашиваю: «Почему?». Отвечает: «А зачем? Через него же ходят, все равно будет грязный!». Из школы домой приходит, уроки не учит. У нее даже и в мыслях не было, что надо выполнять домашние задания. Стала сама с ней заниматься, требовать, чтобы сделала письменные уроки, рассказала заданный параграф по устным предметам. Один раз она географию четыре часа учила. Прошу ее рассказать, она молчит. Что ж, говорю, учи заново. Из-за ее учебы пришлось мне с работы уволиться. Как только делаем вместе уроки – получает четверки, пятерки. Задержусь на вечерней дойке – она мне на другой день в дневнике двойки и тройки приносит.

И сердце с сердцем говорит

Женщина отдает приемной дочке всю нерастраченную материнскую любовь, и девочка, чуткий ребенок, отвечает ей взаимностью. Все они делают вместе: за скотиной во дворе ухаживают, на огороде землю копают, грядки пропалывают, урожай собирают.
– Она у меня стала такой помощницей. Я сейчас не представляю, как без нее раньше жила, как со всем справлялась, – улыбается Надежда Ивановна. – А как обновки любит покупать! Танюша становится взрослой, около зеркала вертится. Красавица!
Учаева с нескрываемой любовью смотрит на раскрасневшуюся от застенчивости Танюшу. Девочка уже второй год ходит в танц-класс междуреченской ДШИ, ей нравится выступать на сцене. Раньше о таком счастье она и мечтать не могла, потому что даже не представляла, что можно так жить.

Людмила ХЛЫНИНА, фото автора

День рожденья – грустный праздник

Сергей и Ангелина – брат и сестра. Ангелине – год с небольшим, она веселая и общительная девочка, с ней у воспитателей Пензенского дома ребенка практически не бывает проблем. А вот Сережа более чувствительный, иногда любит и покапризничать. Завтра у него знаменательная дата – мальчику исполняется два года. Как жаль, что он будет отмечать его без мамы и папы.
И брат, и сестра очень любят, когда взрослые уделяют им внимание, даже просто говорят с ними.
– Думаю, они будут хорошими детьми для родителей, которые решатся их взять в свою семью, – считает заместитель главного врача Дома ребенка Лариса Пережогина.

Если вы готовы взять ребенка в свою семью,
обратитесь в Министерство образования и науки.
Или позвоните по телефону 565-850.
Адрес для личной беседы: г. Пенза, ул. Володарского, 7.

Дорога домой

Трем мальчишкам, которые радостно несутся по дороге, пришлось немало помытариться, прежде чем они обрели семью

Ивлиевы приехали в Колышлейский район с Камчатки, потянувшись вслед за родителями Сергея, которые вернулись на свою родину. Купили дом в селе Скрипицыно, воспитывали двух своих дочек, трудились в совхозе.

Но когда хозяйство развалилось, Светлана осталась без работы. А с Сергеем случилась беда: в результате болезни позвоночника отказали ноги, и он мог передвигаться только с помощью костылей.

Семья искала выход из сложной ситуации. Светлана пробовала даже работать в Москве. Но не смогла оторваться от семьи: и мужу нужна была ее помощь, и девочки-подростки требовали внимания.

Надо сказать, что натура у Светланы очень деятельная. Сидеть сложа руки она не может. И не хочет! Когда в области началась работа по созданию приемных семей, Ивлиевы сразу поняли, что это для них, и обратились в районный отдел образования.

Абы кому ребятишек из детского дома не дают. К ним приезжала комиссия. Чиновники убедились в том, что супруги – люди положительные. Живут в просторном доме, имеют немалое хозяйство.

И вот Светлана, получив «добро» от специалистов по опеке, отправилась в Пензу – за новыми членами своей семьи.

Первое свидание

Братьев Вову и Женю посоветовал взять директор детского дома. Вова был на занятиях, и знакомиться к Светлане привели дошкольника Женю.

Она, волнуясь, о чем-то его спрашивала, он отвечал. Произнесенные вслух слова не сохранились в памяти, ведь на самом деле они разговаривали глазами, душой – об одиночестве, о желании любви и заботы…

Мальчик уже потом, спустя месяцы, признается маме, что сразу поверил – его скоро заберут. И в тот же вечер объявил об этом своим товарищам.

И все-таки ответ Женьки на один свой вопрос Светлана запомнила.
– Кем ты хочешь быть, когда вырастешь?

– Мужиком!

8 марта в августе

Восьмилетний Женя все делает обстоятельно, на совесть. Любит наводить порядок, лучше всех из братьев моет посуду.

У одиннадцатилетнего Вовы натура творческая. Как-то мама привезла из города виноград, и всем семейством его дружно прикончили. Светлана хотела выбросить оставшийся мусор, а Вова забрал себе. Взял коробочку, сходил за песком на речку, вылепил из пластилина лебедей. И получился чудный пруд в окружении деревьев из виноградных кистей.

А вот у Олежки – страсть к компьютерам. Он стал членом семьи Ивлиевых сравнительно недавно. И пока еще не очень-то привык. Этот ребенок попал в трудную жизненную ситуацию – тяжело заболела его мама. Оставаться с ней было просто опасно для его здоровья. Олежке не пришлось узнать, что такое детский дом. Но разрыв с матерью он переживал очень сильно. Светлана, заметив это, успокоила паренька:
– Мы не хотим, чтобы ты забывал своих родных. Я не стану тебя присваивать себе. Но воспитание у нас – это лучше и для тебя, и для твоей мамы, которой сейчас требуется лечение.

Вырастив двух дочерей, Ивлиевы обрели троих сыновей.

– Сыновья – это так здорово! – улыбается Светлана. – Мальчишки, а какие заботливые, ласковые! Они мне помогают с огородом. Что ни попросишь – все сделают. Сапоги свои мыли, так и мои старенькие туфли надраили. Знаете, как приятно – прямо еще один женский день 8 Марта!

И впрямь – на заборе во дворе живописно сушились три пары детских сапожек и женские туфли «кверху лапками».

Жизнь в семье наполнена радостями и заботами. Старшие девочки держатся несколько обособленно от братьев, у них свои секреты. Но купаться на пруд ходят все вместе.

Мальчишки очень подружились с дедушкой, отцом Сергея, полюбили бабушку, маму Светланы. Дедушка Витя живет в другой деревне, каждое утро он садится на велосипед и едет в Скрипицыно за семь километров, чтобы провести день с внуками. А вечером возвращается домой. Зимой преодолевает расстояние пешком.

Сергей рассказывает:
– У отца нас двое: я и мой брат Саша. И мне кажется, что сейчас дед переживает как бы вторую молодость – у него опять двое сыновей. А теперь вот появился и третий. Он легко находит с ними общий язык – опыт в воспитании мальчишек, что тут скажешь. А я этого опыта набираюсь. С того момента, как в нашем доме появились пацаны, началась совсем другая жизнь. Они для меня – целый мир. А Светлана просто расцвела. По профессии она почтовый работник. Но мне кажется, у нее талант педагога. И вот теперь он проявился очень ярко.

Станут мужиками

Светлана, кстати, нашла работу – правда, тоже в соседнем селе, в сберкассе. Летом, когда школьный автобус не возит детей на занятия, приходится семь километров идти пешком, если попутка не подвернется.

Забота о пятерых детях, хозяйство, огороды, дом... но при этом она умудряется оставаться женственной и привлекательной, следит за собой (в этом, конечно, ее стимулируют дочки – модницы и красавицы). Но главная прелесть в Светлане – ее глаза: они просто светятся! Мне кажется, что этот интерес и задор – от наполненности жизни, которую дает благородное и доброе дело воспитания детей.

И все-таки семья Ивлиевых – самая обыкновенная. В чем и заключена, так сказать, основная прелесть.

Понимаете, если расценивать подобные поступки как акт гражданского мужества, как миссию по возложению собственной жизни на алтарь служения великой цели, боюсь, детские дома так и останутся переполненными. А вот закроются они только тогда, когда обычные люди – Ивлиевы, Ивановы, Петровы – захотят помочь конкретным ребятам. Помочь, потому что детдомовские Жени, Олежки и Вовы – это полноценные люди, которые в обычных условиях проживут хорошую, достойную жизнь. Станут настоящими мужиками. А если останутся в казенном доме, то, скорее всего, вырастут инфантильными и не приспособленными к жизни, собственных семей создать не сумеют, возможно, повторят судьбу биологических родителей.

Именно потому, что простые пензенцы стали брать ребят из детских домов, за последнее время три из них уже закрылись, а участь четвертого предрешена.

Но пока еще не все воспитанники обрели свою семью. Они по-прежнему мечтают довериться любящему сердцу: «Мамочка! Наконец-то ты меня нашла! Как долго я тебя ждал!».

Быть может, это любящее сердце – ваше?

Марьям ЕНГАЛЫЧЕВА, фото Владимира Гришина

Жизнерадостный, любознательный ребенок. Очень любит внимание. Дашу никто не навещает, поэтому девочка иногда грустит. Воспитатели дома ребенка, которые заботятся о малышке, считают, что Даше необходима семья, добрые и понимающие мама и папа.

Если вы готовы взять ребенка в свою семью, обратитесь в Министерство образования и науки. Или позвоните по телефону 565-850.
Адрес для личной беседы: г. Пенза, улица Володарского, 7.

Не родись красивой

Любовь способна творить настоящие чудеса

Забрать Танюшку сразу не разрешили. И после первой встречи тетя Галя и дядя Витя, сказавшие, что будут ее мамой и папой, уехали к себе домой. Мальчишки подняли Танюшку на смех: «Не жди. Тебя не возьмут. Пообещают, а потом обманут!».

Они говорили это так уверенно. И Танюшка, хотя и спорила с ними, когда легла спать, плакала.

Худая, угловатая, она была как гадкий утенок. К тому же у нее косил глазик...

Родная мама, воспитанница детского дома, бросила ее на чужих людей и уехала неизвестно куда. Когда девочку привезли в больницу на карантин, ее кожу сплошь покрывали болячки...

На следующий день приемные мама и папа приехали снова. Танюшка хотела задрать перед мальчишками нос, но передумала. Вид у них был, как у побитых собак.

Последние времена

Почему Галина Александровна стала приемной матерью? Ведь в Спасске в детских домах воспитываются около 100 детей, а в приемных семьях по всему району – всего 16.

Вроде бы понятно: дочери выросли, уехали в Пензу. Одиноко стало супругам Удодовым в большом доме.

На самом деле все гораздо сложнее.

Отец Галины Александровны, попав к фашистам в плен, натерпелся по самую макушку. Размышляя в те страшные дни о ценности жизни, поклялся: «Останусь жив, не позволю жене избавляться от детей, сколько бы бог нам ни послал».

Слово свое сдержал. Вместе с Галей в семье было десять детей.

– Ляжем спать – мать хлопочет по хозяйству, – вспоминает Галина Александровна. – Проснемся на заре – она уже блинов напекла. Когда отдыхала?

Образованные дочери посчитали такую судьбу пережитком прошлого и, выскочив замуж, ограничились одним-двумя детьми.

Мать вздыхала:
– Сказано в Евангелии: не будут дети рождаться – придут последние времена!

Этот упрек глубоко запал в сердце Галины.

Знак святой Матрены

Полтора года назад специалисты из районного отдела образования проводили в школе села Дубровки собрание и рассказывали, что политика страны теперь направлена на то, чтобы сиротских приютов было как можно меньше. А в Спасске их аж целых два! Мол, подумайте, женщины!

Удодова вернулась домой сама не своя. Помолилась в одиночестве святой Матрене и попросила: «Если это собрание для меня, пусть будет знак».

На следующий день встретила она свою сестру.

– Ой, видела во сне женщину. Платье у нее темное, а в то же время праздничное. Говорит: «Передай Галине, что брошенный ребенок ждет ее».

– Все, – закивала Удодова, – беру сироту из детского дома!

Сестра перепугалась:
– Да ты не заболела ли?

Вернувшись домой, Галина Александровна позвонила в отдел образования, сказала, что она согласна. Тут ей и сообщили про Танюшку.

Женщина три дня постилась. Потом всей семьей отправились в монастырь, где батюшка дал им благословение.

Галине Александровне не терпелось забрать ребенка домой.

– А вдруг она тебе не понравится? – удивлялся супруг Виктор Афанасьевич. – Ты же ее ни разу не видела!

– Как не понравится? Я ее уже люблю!

Ремень как лекарство

– Она целый год спала вместе со мной, – рассказывает Галина Александровна. – Обнимет руку, прижмется и засыпает. Все просила: «Скажи, что ты меня любишь».

Как правило, через некоторое время после того, как ребенок попадает в семью, он начинает чудить. Некоторые дети воруют, другие упрямятся, озоруют.

Танюшка ножницами истыкала обивку дивана и покромсала листья домашних цветов. Родители читали ей нотации, она падала на пол и дрыгала ногами.

Галина Александровна терпела-терпела, а однажды взялась за ремень... Истерики прекратились.

Некоторое время спустя, когда мама и дочка лежали в обнимку на кровати и разговаривали, Танюшка призналась:
– Я думала, не может быть, чтобы они меня всегда любили. Меня мамка бросила. Я когда цветы резала, хотела, чтобы ей было больно. А когда ремнем получила, поняла: вы меня любите по правде.

На том адаптационный период и закончился.

Лучшая профессия

Глядя на Галину Александровну и Виктора Афанасьевича, хочется придушить того змея позорного, который первым брякнул, а мы, дуралеи, все 90-е годы повторяли, что хороший человек – это не профессия.

Да только на хороших людях мир и держится! Свет их любви согревает окружающих, преображает.

Если не знать, что на фотографиях, сделанных с интервалом в полтора года, один и тот же ребенок – об этом не догадаться.

Волосы у Танюшки отросли. Были темные, стали светлые – как у матери. Операция убрала косоглазие. Девочка поправилась и вышла вся такая ладненькая – чудо!

Галина Александровна прямо светится, рассказывая о том, как разумно ее шестилетняя дочка рассуждает на любые темы. С появлением ребенка у Удодовых как будто силы утроились. Хозяйство, дом – полная чаша. Кредит взяли на развитие ЛПХ. Ремонт затеяли: в комнатах стоят стеклопакеты – штук семь, не меньше.

Танюшку воспитывают в православной вере. Она ходит в храм, знает молитвы. Однажды, вернувшись из церкви, сказала отцу:
– А батюшка говорит: «Курить – чертям кадить!».

С папиросами глава семейства вскоре расстался.

– Когда Танюшка только появилась у нас, знаю, люди болтали, будто бы мы польстились на деньги, – с вызовом говорит Галина Александровна. – Почему же они, раз такие умные, не захотели «обогатиться»?...Теперь, я вижу, многие мне завидуют. Но взять ребенка так и не решаются. А я им твержу: не надо бояться трудностей, Бог обязательно даст силы воспитать дитя.

Марьям Енгалычева, фото автора

Не надо бояться трудностей, Бог обязательно даст силы воспитать дитя.

---

 Черноглазый мужичок

Цыгане, как правило, не оставляют своих детей в приютах. Но, увы, Романа родители предали. Мать просто сбежала из больницы, не оставив даже записки, что, мол, отказывается от сына. А в отношении отца сейчас ведется уголовное дело.

Черноглазый, смуглый Ромашка очень похож на героя фильма «Мужики». Чуть заиграет музыка, он тут же начинает плясать, смеется, хлопает в ладоши. Мальчик красивый и веселый. В Пензенском доме ребенка его любят. Но малышу нужна семья.

P.S. Пензенский дом ребенка, конечно же, финансируется государством. Но подобные учреждения всегда нуждаются в помощи. Если вы можете ее оказать, позвоните по телефонам:
68-24-98, 68-48-71.

---

В полевых условиях

Почему воспитанники детских домов не хотят ехать к приемным родителям в деревню?

«Взяли они его для работы. В качестве бесплатного батрака», – говорят соседи. Это о Сашке, который попал в семью Алехиных из села Ульяновка Тамалинского района.
В пяти подведомственных Министерству образования и науки Пензенской области детских домах 70 процентов воспитанников – это мальчики старше 14 лет. Интерес к ним проявляют разве что сельчане, не скрывая: ребенка ждет жесткая трудотерапия. Не все подростки, чье мировоззрение уже во многом сформировалось, соглашаются менять детский дом, где воспитанники на всем готовом, на приемную семью, где придется вкалывать наравне со взрослыми.
…Двенадцатилетний Сашка встает в 6 утра. Помогает доить коров, а их у Алехиных 8. Может, если надо, сварить макароны или пожарить яичницу. И сейчас, в каникулы, когда его сверстники отдыхают в лагере или валяются с книжкой на диване, он пропадает в поле.

Чемпионская фамилия

А еще за детей дают «приданое». Если усыновил – 200 тысяч рублей единовременно. Если создал приемную семью – ежемесячно по 3800 рублей на каждого ребенка.
Правда, Алехины взяли Сашу 8 лет назад, когда о подобных благах еще и не мечтали. 
Алехины – это Галина Петровна (бывшая учительница физики, сейчас пенсионерка) и Валерий Юрьевич (фермер). Супруги познакомились на свадьбе у друзей 20 лет назад. Галине было 35. У нее подрастала дочь Ольга от первого брака. Валерию – 27.
Не все у мужчины складывалось гладко. Была предрасположенность к известной болезни, стершей с лица земли, словно чума, многие русские  деревни и села. Но об этом только для того, чтобы вдохновились махнувшие на себя рукой: человек в любом возрасте может начать жизнь набело. Главное – захотеть.
У Алехиных родились Настя и Лиля, им сейчас 19 и 18 лет, а потом – Илья, ему 13.
Сестры были не разлей вода, а Илюшка в их девчачью компанию не вписывался. Вот и слетело с чьих-то уст роковое слово: дескать, хорошо бы у Ильи был брат-ровесник…
– Это только в кино показывают: взяли малыша – и все счастливы. А сколько я поплакала с Сашей… – вспоминает Галина Петровна. – Он ведь год проспал без пододеяльника!
Трудно было мальчишке лежать на кровати, все он порывался устроиться на полу. Бывало, ляжет, свернется калачиком – и в мгновение ока уже сопит. А на кровати, словно грешник на сковородке, вертелся туда-сюда, пододеяльники под ним трещали и лопались. В конце концов семья решила: пусть пока спит без них. Через год, когда Сашка попривык, его постель уже не отличалась от постели других Алехиных.
А еще он ел про запас. Мать ему нальет щей, отвернется на секунду, а в Сашкиной тарелке уже пусто. Из-за такой его способности жалостливые воспитательницы детского сада накладывали ему двойную порцию. Он тут же ее приканчивал. А дома его рвало – желудок не справлялся с объемом пищи.
Первое время Илья сильно ревновал маму к «чужаку», а тот ластился к ней, как котенок. Мальчишки часто дрались. Бывало, Галина Петровна разнимет их, одного отправит в один угол, другого – в другой. Они стоят, разнесчастные, и ревут в два голоса.

Новоселье

Дом Алехиных выделяется среди соседских жилищ. Огромный, кирпичный, в два этажа. Когда мы спросили детей, сколько же в нем комнат, они задумались. Ответили, посчитав по пальцам: «Семь».
Дом свой Алехины строили практически с того момента, как поженились. Все деньги, заработанные на молоке, вкладывали в него. На пять лет строительство пришлось заморозить – у Ильи упало зрение. Потребовалось дорогостоящее лечение в Московском НИИ глазных болезней им. Гельмгольца.
…И вот недавно состоялось новоселье. Из старого дома,  в котором из-за тесноты его обитатели чувствовали себя «как на вокзале», перебрались в хоромы.
Но были бы они, эти хоромы, если бы не каждодневный тяжелый труд?

Привычка к труду

В Ульяновку мы заехали по старой грунтовой дороге, пролегавшей сквозь цветущее поле. Во все стороны до горизонта – ни избушки, ни единой живой души. А ведь когда-то здесь шумели трактора, стояла стеной пшеница.
Демографы считают, что массовый исход крестьянства в города, случившийся в 60-е годы прошлого века, и привел Россию к современной модели семьи с одним-двумя детьми.
Ведь в городе большие семьи, по большому счету, не нужны. И дети для своих пропадающих на службе родителей – иждивенцы. А вот на селе они – помощники. 
Поэтому в том, что приемные семьи чаще всего создаются в деревнях и воспитанников детдомов привлекают для работы в поле и на огороде, нет логического противоречия.
Да и кому помешали привычка к труду, закалка в борьбе с житейскими передрягами? А то некая выпускница детского дома чуть было не наложила на себя руки, когда ей предоставили квартиру и там вдруг потекла труба с холодной водой.

Покой нам только снится

Тамалинские села стоят в эти дни словно вымершие. Только детей иногда можно увидеть, особенно возле речки.
Летний день – он год кормит.
Вот и, нагрянув к Алехиным в гости, пришлось звонить хозяйке на сотовый – она с детьми была в поле. А Валерий Юрьевич, продав с утра двух телок, отправился тюковать сено. И когда его ждать, не сказал.
И только соседушка, наговоривший про Алехиных гадостей, оказался тут как тут. Не на работе.    
…Старшие скоро будут строить свою жизнь самостоятельно. Женщина иногда задумывается, не взять ли ей из детдома еще двух или трех малышек.
– Сколько раз, бывало, мечтали с мужем, что когда-нибудь отдохнем, будут у нас тишина и покой, – говорит Галина Петровна. – И вот этой зимой дети на учебе, а мы с ним сидим дома. Наступили покой и тишина. Но такая тоска – хоть плачь!

Марьям ЕНГАЛЫЧЕВА, фото автора
"Пензенская правда" 22 июля 2008

Сережа ждет

В любви родителей нуждается Сергей, который сейчас находится в Пензенском доме ребенка. В августе ему исполнится год. Мальчик улыбчивый, уже начал вставать на ножки. Его мама умерла, и для усыновления нет каких-либо преград.
P.S. Пензенский дом ребенка, конечно же, финансируется государством. Но подобные учреждения всегда нуждаются в помощи. Если вы можете ее оказать, позвоните по телефонам: 68-24-98, 68-48-71

"Пензенская правда" 22 июля 2008

Неправильное сердце

«Пензенская правда» вместе с региональным Союзом журналистов РФ продолжает акцию «Ищу тебя, мама»

В прошлом номере мы рассказали о двухлетнем Руслане, который очень нуждается в материнской заботе и ласке. Саша – товарищ Руслана по играм, но он чуть старше – ему почти три года.

Этот малыш – любимец воспитателей и нянечек Пензенского дома ребенка. Потому что он очень добрый, вопреки своей короткой, но уже такой драматичной судьбе.

Биологическая мать не хотела, чтобы Саша появился на свет. И пригоршнями пила сильнодействующие лекарства, обрекая ребенка на гибель еще в утробе. Правда, эти обстоятельства выяснятся потом, когда мальчик все-таки родится живым. Вернее, полуживым – с тяжелейшим пороком сердца и практически глухой.

Врачи и педагоги Дома ребенка ахнули, когда впервые увидели Сашу – худенький, бледный до синевы, усталый.

Добросердечные нянечки переживали, что, наверное, мальчишечка не жилец, глядя, как он безропотно уступает свои игрушки здоровым и подвижным сверстникам.

Примерно через каждый час он клал на пол, на стол ли свернутую рулетиком кофту и ложился на нее головой. Так сильно уставал.

Однако весною этого года Сашу отправили в Москву, в Центр сердечно-сосудистой хирургии им. Бакулева.

А ведь его могли прооперировать гораздо раньше. И в областном Министерстве здравоохранения под Сашу уже выделяли квоту. И всем селом собирали деньги на операцию, она хоть и бесплатная, да Москва – город дорогой. Вот только Сашина мать эти деньги пропила, а на поездку махнула рукой, и квота пропала.

И все же в мае Саша дождался – высококлассные хирурги подштопали его маленькое, неправильное сердце. До операции оно билось со скоростью 190 ударов в минуту, и даже невооруженным глазом было видно, как оно трепещет где-то в глубине, задыхаясь от нагрузок, – грудная клетка ходила ходуном. После операции биение сердца нормализовалось.

В Дом ребенка он вернулся еще более худым. Его, прозрачного, почти невесомого, внесли на руках. Но с этого момента начинается светлая полоса его жизни.

Во-первых, у ребенка появился аппетит. Он начал набирать вес. Выяснилось, что Саша слышит. Пусть не так хорошо, как его сверстники, но он вовсе не глухой.

Кстати, недавно слабослышащим деткам Пензенской области стали делать операции по вживлению за ушком микрочипов, которые работают как передатчики. Такая операция вернет в ряды обычных людей и Сашу, но делать ее не спешат – ребенок должен реабилитироваться после поездки в Москву.

Теперь в мальчишеских играх и Саша сражается за место под солнцем. Но агрессии в нем по-прежнему нет.

Педагоги Дома ребенка говорят, что тому, кто примет Сашу в свое сердце, придется нелегко – мальчик еще не раз будет лежать в больницах. Но это благодарная миссия.

– Этот малыш – самый добрый и отзывчивый в старшей группе, – сказала Лариса Пережогина. – Всегда помогает воспитателям убирать игрушки. Он всех нас очаровывает.

Марьям ЕНГАЛЫЧЕВА, фото Владимира Гришина
18.07.2008

адрес помощи

Недавно в состав Пензенского дома ребенка как филиал вошел Кузнецкий детский дом для детей с пороками развития. Несмотря на то что государство финансирует подобные учреждения, они всегда нуждаются в добровольных пожертвованиях милосердных людей. Да что говорить, если одни ползунки, согласно инструкции, должны эксплуатироваться три года, лишь только потом их списывают. Во что они превратятся за три года?.. Если вы можете, помогите детям!

68-24-98,
68-48-71
Пензенский дом ребенка

Малыш – счастье в дом

Детский плач из коридора родильного дома надрывал сердце. Новорожденные крохи требовали (каждая на свой лад), чтобы их покормили. Медсестры разнесли малышей по палатам и передали в ласковые руки мамочек. Спустя несколько секунд плач затих.

Ольга Викуленко стояла у окна палаты и еле сдерживала слезы. Больно закололо от прибывающего молока в перебинтованной груди. Молодой женщине некого было кормить. Ее долгожданный мальчик, родившийся на седьмом месяце, не прожил и получаса. Третий ребенок, которого она потеряла… Акушерка все повторяла:

– Оленька, если бы еще месяц протянула – выходили бы дитя…

Двоих предыдущих женщина не доносила даже до половины срока.

Все будет хорошо!

Близкие боялись, как бы еще одна трагедия не подкосила Ольгу. Но она вернулась из родильного дома на удивление спокойной. Похудевшей, измученной, но не сломленной. Ни жалоб на судьбу, ни слез… Лишь улыбнулась мужу загадочно:

– Теперь все будет хорошо, Коля! Я знаю.

Жизнь пошла по наезженной колее. Супруги старались как можно реже вспоминать о том, что произошло. Только их отношения немного изменились. Стали как-то теплее и бережнее. На дне рождения мужа ее вдруг прорвало:

– Коля, давай возьмем приемного ребеночка. Сколько их по детским домам мыкается!

А тут и свекровь Ольгу поддержала:

– Вот это правильно! Чего тянуть, годы-то идут. Пока молодые, пока силы и здоровье есть – надо поднимать детишек.

Ксюша

Из родного Тешняря (Сосновоборский район) в Кузнецк супруги Викуленко сорвались одним днем. На тот момент в больницах города были две новорожденные девочки, брошенные матерями. Обе Ксении, но у одной малышки болели почки – ей требовалось дорогостоящее лечение. «Не потянем», – решили Ольга и Николай. А вот вторую девочку они готовы были взять сразу же.

Однако оформление документов заняло некоторое время. В общем, желанную доченьку семье Викуленко пришлось искать уже в Пензенском доме ребенка.

Девочек подходящего возраста опять оказалось две. Семимесячная кроха, имени которой Викуленко не запомнили, и полуторагодовалая… Ксюша. Ее мать тайком сбежала из родильного дома, не удосужившись даже написать официальный отказ от ребенка.

– Ксюша – хороший, здоровый ребенок. Правда, у нее были проблемы с почками, но сейчас, слава Богу, все в порядке.

Ольга и Николай переглянулись: это же та самая девочка, из кузнецкой больницы! Ксюшу им показали первой. Ждать, пока проснется семимесячная малышка, Викуленко не стали. Судьба второй раз столкнула их с Ксюшей, значит, она и должна быть их дочкой.

Счастье в дом

В Тешняре Ольгу, Николая и Ксюшу ожидала торжественная встреча. Волновались бабушки с дедушками. Уже были куплены кроватка, коляска, детский столик и игрушки. Новинки, правда, решили не распаковывать, пока не привезут внучку.

В дом Ксюшу внесла на руках растроганная, счастливая мама Николая. Объяснила, что есть такая традиция – не родители заносят новорожденного в жилище, а бабушка. И кто бы спорил!

– Ох и плакала Ксюша первое время, успокоить никак не могли! – вспоминает Ольга. – Может, перемена обстановки так на нее подействовала, а может, болело что-нибудь. Я хоть и недосыпала, уставала с непривычки, но с каждым днем все сильнее любила свою дочку.

Ольге пришлось пройти еще одно испытание – судебную процедуру по лишению Ксюшиных биологических мамы и папы родительских прав. Перед судом она буквально ударилась в панику: а вдруг те одумаются, отберут у нее любимое дитя? Сжав кулаки, сказала мужу:

– Костьми ляжем, а Ксюшку не отдадим!

Но борьбы никакой не было. Противная сторона легко уступила девочку супругам Викуленко.

Ксюше уже пять лет. Она ходит в детский сад. Родственники в ней души не чают. Посторонний человек ни за что не догадается, что Ксюша не кровное дитя супругов Викуленко – до того она похожа на приемных родителей!

Вечерами мама с дочкой читают сказки и ждут папу, который сейчас, чтобы обеспечить семье достойное существование, работает в Москве. Приезжая на побывку, Николай занимается перестройкой дома: дочка подрастает, ей нужна отдельная комната.

– Помните фразу из фильма «Чужие дети»: сирота в дом – счастье в дом? – говорит Ольга Викуленко. – Это действительно так. Именно Ксюша сделала нас с Колей по-настоящему счастливыми.

15.07.2008
Наталья СИЗОВА, фото автора

Поверить в людей

Руслану недавно исполнилось два года.

Его мама сбежала из дома, бросив крошечного сына на отца. В настоящий момент она лишена родительских прав. Папа, немного помучившись с малышом в одиночку, сдал его в казенное учреждение, написав отказную.

Как уж биологический отец заботился о сыне, работникам Пензенского дома ребенка остается только догадываться. Ведь до сих пор Руслан панически боится мужчин. Всякий раз, когда мальчик видит «дядю», он плачет навзрыд. И даже от директора Дома ребенка Наджиба Камильевича Аджигитова, к которому, в принципе, должен был бы уже привыкнуть, старается спрятаться. А мальчик красивый, с большими голубыми глазами. И потенциальные усыновители обращают на него внимание. Но едва дело доходит до знакомства с будущим папой – крик, слезы, протест! 

– Мальчик сложный, но умненький. Такие детки должны быть в семье, – говорят воспитатели.

От потенциальных усыновителей понадобятся терпение и ласка, чтобы малыш смог преодолеть какие-то глубинные комплексы в своей душе. И обрел веру в людей.

15.07.08
Наталья СИЗОВА, фото автора

Поговорим о семье

Управление по вопросам демографии, семейной и молодежной политики области и газета «Пензенская правда» начинают акцию «Поговорим о семье». Мы не будем спешить с призывом к молодежи рожать как можно больше детей, не будем назначать дату, к которой ударницы семейного фронта должны предъявить нам ребенка, и обещать за это автомобиль, как поступили в Ульяновске.

Мы приглашаем всех к разговору – откровенному, ответственному и очень важному. Расскажите нам, что является определяющим в решении, сколько детей иметь в уже существующей семье или в будущей? И еще: какие меры, на ваш взгляд, надо принять на государственном, областном, муниципальном уровнях, чтобы молодые супруги захотели родить не одного, а двух или трех детей?
Нам хочется подумать о том, что надо изменить в законах и программах,  чтобы люди перестали страшиться большой семьи. Мы надеемся, что наш разговор, если он получится по-настоящему откровенным, повлияет и на общественное мнение, продвинув его в сторону культа матери и ребенка.

Присылайте в редакцию, дорогие читатели, свои соображения.

Cергей Иллиев, 29 лет, аспирант исторического факультета ПГПУ:
– Еще князь Иван III, отвечая на вопрос монаха, что необходимо для укрепления и процветания государства, сказал, что главное – это устойчивость бытия. Чтобы в стране все – от князя и до последнего смерда – за детей и имущество свое не переживали.
Если перевести слова царя на современный язык, – людям нужна уверенность в завтрашнем дне.
12.10.2007

Андрей Курносов, 28 лет, потенциальный родитель:
– Снизить процентные ставки по ипотечным кредитам. Или, как альтернатива, повысить заработную плату до уровня, чтобы молодые, да и не только, могли эти ставки «потянуть».
12.10.2007

Филипп Куроедов, 20 лет, студент:
– Для начала – снять хотя бы один нормальный, серьезный фильм или сериал, в котором главные герои – не бандиты, модели, генеральные директора или няни у музыкальных продюсеров, а среднестатистические рабочие. Скажем, швея и электрик. И как они борются со всем набором современных проблем: мужским алкоголизмом, нехваткой денег до зарплаты, отсутствием мест в детских садах и очередями в поликлиниках. Финал должен быть оптимистичным: они борются, но побеждают, потому что их жизнь согрета любовью друг к другу и своим детям. Пока же простые люди – «неформат» ни для кино,  ни для телевидения, ни для романов.
12.10.2007

Ольга Савельева, 34 года, учитель:
– В нашей семье вопрос, будут ли у нас дети, был решен заранее: будут.
Когда родился сын Игорь, он, само собой, стал центром внимания и начал потихоньку превращаться в семейного диктатора. Если что-то было не по его, топал ногами и закатывал истерику. Тогда мы решили, что нам нужен второй ребенок. Так появилась у нас малышка Юля. Сын сначала, конечно, жутко ревновал, но теперь мы все чаще замечаем, что он гордится своим положением старшего брата.
Но, может быть, второго ребенка в семье и не было бы, не имей мы собст­венную трехкомнатную квартиру. Я считаю, что квартирный вопрос – один из самых главных. Его руководство страны и должно решать в первую очередь.
5.10.2007

Надежда Варганова, 28 лет, юрист:
– Не знаю, как у других, но в нашей семье ребенок был долгожданным в прямом смысле этого слова. Мы с мужем ждали этого события восемь лет. Я сразу прошла все обследования. Оказалось, что дело не во мне.
Гораздо сложнее было уговорить мужа проверить свое здоровье. Думаю, это произошло из-за того, что неактивно ведется разъяснительная работа среди мужчин. Они считают процесс обследования чем-то постыдным.
Так что органам здравоохранения стоит задуматься о том, чтобы в случаях бесплодия, обнаруженного у супружеских пар, вести более активную работу именно с сильной половиной. Зачастую оказывается, что ситуация вполне исправима. Нужно только вовремя начать лечение.
5.10.2007

Семья Давыдовых: Ольга, 28 лет, и Александр, 30 лет:
– Первый ребенок появился у нас через год после свадьбы. Семья должна быть семьей: поженились – значит, надо рожать детей. К тому же поняли, что одного ребенка с нашими доходами точно потянуть сможем. Решение о рождении второго малыша приняли сообща: не хотели, чтобы разница между детьми большая была, да и возраст у нас самый подходящий, детородный.
Ольга: Муж стал достаточно зарабатывать для того, чтобы я могла спокойно уйти в декретный отпуск и заниматься воспитанием детей. Конечно, радует, что область материально поддерживает молодые семьи, желающие иметь детей. Эти пособия для нас не лишние.
Александр: Я уверен, что всевозможные пособия на детей кардинальным образом не изменят ситуацию. Даже сертификат на получение 250-ти тысяч рублей – не панацея. Посмотрите, сколько разводов вокруг, сколько детей воспитываются в неполных семьях! Сам институт семьи находится на грани вымирания. Только когда изменится к лучшему социально-экономическое положение России, семейные ценности будут введены в ранг государственной политики, возможно, в стране улучшится и демография.
2.10.2007

Астафьева Елена,  29 лет:
– Две основные проблемы, которые возникают при рождении ребенка, – это жилищная и материальная. Доход семьи уменьшается в два раза, и где уж тут до решения квартирного вопроса! А если, не дай бог, ребенок родился больной…
Чтобы люди не боялись этих проблем, помимо единовременных выплат необходима ежемесячная выплата на ребенка и неработающую мать, хотя бы в размере прожиточного минимума.
2.10.2007